Республика Бурятия

Выбрать регион
ВойтиЗарегистрироваться
Логин
Пароль
Забыл пароль

Краеведческий портал

Районы

История села и рассказ о селе Саган-Нур (Талое, Хобок)

21 марта 2012
История села и рассказ о селе Саган-Нур (Талое, Хобок)

Тункинского района Бурятской республики

 

Автор: Нефедьев Михаил Андреевич, 1930 г.р., геофизик,  ведущий научный сотрудник Геологический институт СО РАН

 

Эти две номинации очень близки по смыслу и содержанию, и их разделить трудно, поэтому они излагаются вместе.

 

История Тунки и наших сел имеет глубокие корни. Академик Окладников утверждал, что люди здесь жили 30 тыс. лет назад.

 

Мои предки – донские казаки пришли сюда в XVII в. и, породнившись с бурятами и тунгусами, образовали новую народность – ясачных-метисов. О том, как шло заселение и освоение долины, о ее людях и их славных делах хочется кратко поведать в этой статье.

 

Говоря словами народного поэта Бурятии Лопсона Тапхаева:

 

- По доброму обычаю седому – откуда родом? – спросят старики.

Всплывет во мне тоска по дому и с гордостью отвечу: - Из Тунки!

 

Тункинский острог построен под руководством Ивана Перфильева, ставший замком на великом Мунгальском пути. С тех пор Тунка  - край легенд и преданий – становится известна русским. В 2006 г. было 330 – летие основания Тункинского острога. Много лет он играл важную роль в обороне Иркутска. 247 лет был административным центром Тункинского, Окинского, Слюдянского районов. Потомками первых казаков являются Асламовы, Сороковиковы, Нефедьевы, Кобелевы, Односторонцевы, Шехины, Томиловы, Костровы, Кутяковы, Пежемские, Ермаковы и др.

 

Много красивых эпитетов и сравнений написано про Тунку. Ее называют Сибирской Швейцарией, Жемчужиной Сибири, Золотой долиной, Райским уголком. Кто хоть раз побывал в Тунке, навсегда оставит здесь частицу своего сердца. Тунка - божественная долина, она завораживает, очаровывает, пьянит, притягивает.

 

33 вершины гор проведать, 33 источника отведать,

Через 90 перевалов я пришел к тебе издалека,

Потому что сердце призывало повидать тебя, моя Тунка! –

 

Писал бурятский поэт Мэлс Самбуев.

 

В Тункинской долине живут аборигены края - представители монгольских древних родов хонгодоры, шошолоки, тэртэ, хунхуды и сойоты. По преданию и легендам, земля тункинская  с золотыми гольцами является прародиной Гэсэра, тридцать три батора которого, очистив землю от злых сил, не вернулись на небо, а остались, как верные стражи всего доброго, в мире людей. Они превратились в горные исполины на северной стороне долины, а доспехи и оружие Гэсэра хранятся в горной пещере.

 

У всех есть малая Родина, где все святое! И труд, и жизнь, и благопожелания. Тункинцы почитают эти человеческие качества. Дорога в мир большой, а в душе традиции, обычаи предков, их история.

 

Трудно писать о красоте Саянских гор. Здесь отдыхал старший внук Чингисхана Угэдэй-хан. Истинное богатство долины – люди, свободолюбивые, сильные духом, добрые, открытые. Этот заповедный уголок природы – одно из красивейших мест в России. Во все времена людей, как магнитом тянуло в этот прекраснейший уголок Земли, где Творец создал все условия для идеального отдыха и путешествий. Дух захватывает от неповторимой, воистину сказочной природы, палитры красок, разнообразия ландшафтов парка – от привольных степей до невиданных альпийских лугов. Кто хоть раз побывал в этих краях, тот стремится непременно вернуться сюда – в страну чудес…

 

Со всей страны приезжают люди на, пользующиеся огромной популярностью, санаторно-оздоровительные комплексы – курорт Аршан (1500 мест), Нилова Пустынь (500 мест), Жемчуг (курорт местного значения, болезни опорно-двигательной и нервной системы, кожные и гинекологические заболевания). О чудодейственной силе источников Шумака ходят легенды. Кроме этих оздоровительных пунктов активно развиваются новые: Субурга, Папий Аршан, Ше6рмак, Мойготы, Халагу и другие.

 

Многих любителей природы привлекают уникальные объекты природы. Здесь действительно соприкасаешься с дикой природой и душой и телом отдыхаешь от суеты и загазованности городов. Доподлинно известно, что не отыскать в мире таких мест, подобных потухшему вулкану Тальской вершины, (у подножья которой стоит наш дом), уникальной Тункинской скважине (с. Жемчуг), первому водопаду на р. Кынгырга, Койморским озерам (месту обитания редких птиц), каньону у истоков р. Эхэ-Ухгунь.

 

Тункинский аймак образован в 1917 г.в составе Иркутской губернии. С созданием Бурят-Монгольской Автономной Республики РСФСР, с 1922 г. Тункинский аймак вошел в нее в составе 10 автономных аймаков с центром в с. Тунка, в том числе Саганнурского, включаюшего 17 поселков: Бадары, Улбугай, Ойбон, Шарадабун, Кынгырга, Галбай, Ундэр-Шогон, Таблангут, Хобок, Ближний, Дальний, Селифонский, Сырой Хобок, Кочки, Хатагор, Нусугун и Талое. Всего было 627 дворов, русских 1370, бурят 971, ясачных 209

 

Саган-Нур – (Талая, Хобок) - родина великого Магая

 

Я хочу рассказать об истории создания и жизни нашего селе Хобок (Талое, Саганнур) – родине великого сказителя Е.И.Сороковикова-Магая, которому я прихожусь правнучатым племянником.

 

Вот моя деревня,

Саган-Нур родной,

Тальская Вершина,

Дом наш под горой.

Там вдали Саяны,

А на них снега,

А вокруг поляны,

Нивы и луга.

 

По рассказу Е.И Сороковикова-Магая (младшего брата моей прабабушки Марфы Ивановны Сороковиковой-Нефедьевой), мой предок Тимофей Сороковиков пришёл в Тунку с первыми казаками. Уйдя в отставку, он вместе с двадцатью казаками поселился в Тунке. Женился Тимофей, когда ему уже за пятьдесят перевалило. Взял он за себя тунгуску; такая красивая, говорят, она была, что дети от нее  на русских красивых добрых молодцев походили. Было у Тимофея три сына и одна дочь. Один сын и дочь умерли в малолетстве.

 

Два его сына Иван и Федот жили долго. У Федота четыре сына было. Двоих из них на промысле соболей в гольцах снегом задавило, а другие два, Ануфрий и Спиридон до старости прожили. У Ануфрия детей не было, всю жизнь холостым прожил, а у Спиридона один сын был, звали его Иваном, это мой прадед, который женился на бурятке и получил фамилию по прозвищу жены – Магай. У Ивана Магая было восемь сыновей. Когда они выросли, трое из них уехали на Амур, делать здесь было нечего, в то время тут такая засуха была, что лед на гольцах топился. Двое поселились на Хилке, один стал жить в Бичуре, а двое остались при доме в Тунке. Те, что остались в Тунке, занимались охотой, били соболей, кабанов, белу, часто ездили на Лену за мукой..

 

 Егор Сороковиков-Магай, сын Ивана, что в Тунке остался – это, значит, мой дед,  имел четырёх сыновей. У каждого из них по большой семье было. Они были первыми русскими, которые поселились на Нижнем и Верхнем Хобоке, а потом их дети расселились по всей Тунке. У моего отца, Ивана Егоровича, было три сына и одна дочь. Братья мои  умерли, сестра тоже. Вот, если подсчитать сейчас всех Сороковиковых, то, пожалуй, всего около двух сот наберётся. А идут все  они от  одного поколения предка Тимофея, что с казаками сюда пришёл лет триста тому назад.

 

Люди корчевали многовековую тайгу, расчищали лес под пашни и покосы, прокладывали дороги, строили мосты через реки, потихоньку обживались на новом месте. Очень быстро вокруг Хобока и Талой создавались новые деревни в основном по клановому или родственному признаку. Например, Ближний и Дальний Уляборы были заселены в основном Серебренниковыми, Верхний Хобок – Демиными и Серебренниковыми, Нусугун – Демиными и Домышевыми, Талая - Сороковиковыми, Домышевыми, Шубиными, Чемезовыми, Односторонцевыми, Ворониными, Солдатовыми, Белобородовыми, Хурай Хобок – Нефедьевыми, Усольцевыми, Односторонцевыми, Гагариновыми, Закомельскими, Селифонский Хобок – Костровыми, Сороковиковыми, Кочки – Пантелеевыми, Иннокентьевыми, Сороковиковыми, Чемезовыми. В ХХ веке начали селиться в Саган-Нуре, у подножия вулкана Тальская Вершина, который затем становится центром колхоза им. Кагановича. Здесь в основном жили Бобковы и Котовщиковы, затем подселились Канаевы, Сороковиковы, Демины, Гимодеевы (переселенцы из Татарии) и др.

 

После революции, до 1940 г. центром был Хатагор. Это была богатая купеческая деревня с большими домами, красиво отделанными фасадами и карнизами домов, резными наличниками окон, воротами и оградами-заплотами без единой щелочки, набранными из плах шириной 40 см и толщиной 5 см. С приходом Советской власти всех купцов и зажиточных раскулачили и увезли в тар-та-ра-ры, откуда никто не вернулся. Их дома пустили под контору коммуны, школу, сельсовет и склады для хранения хлеба и зерна.

 

Вокруг Саган-Нура, Талой и Хобока в начале ХХ в. было много деревень и улусов, в которых жили буряты, русские и ясачные. Русские женились на бурятках и создавали новое здоровое и крепкое племя метисов, как говорят: саганнурских – ни бурят, ни русских.

 

До образования колхозов русские и буряты жили вместе и очень дружно. Например, на Хурай Хобоке рядом с нашим домом стояло много бурятских юрт. Русские и буряты, постоянно ходили друг к другу в гости. С образованием колхозов бурят и русских разделили: русских – в русский колхоз, бурят – в бурятский. Бурятские юрты свозили в Толтой и образовали колхоз ЦК ВКП(б), русские образовали колхоз им. Кагановича, куда вошли 11 деревень: Хурай-Хобок, Хобок, Селифонский Хобок, Верхний Хобок, Сырой Хобок, Кочки, Талое, Ближний и Дальний Улябор, Нусугун с центром колхоза Саган-Нур. В Саган-Нуре была церковь и неполная средняя школа с семилетним образованием. В 1938 г. я пошел в эту школу и у нас было два первых класса по 22-24 человека, а теперь в Саган-Нуре школа-интернат, в которой учится всего 12 человек.

 

Сейчас от большинства деревень ничего не осталось, существуют Саган-Нур (Центр), Хобок, Кочки и Холбановка (бывший Хурай-Хобок). Деревня Талая, в которой до войны было более 30 домов (третья бригада колхоза), давно исчезла. Перед войной колхоз им. Л.М. Кагановича, насчитывал 90 дворов, сейчас же он развалился, пашни и поля зарастают лесом и сорняками, нет стад коров, табунов лошадей, отар овец. Народ потихоньку спивается и деградирует, молодёжи осталось мало, старики доживают свои дни.

 

Дедовская кузница, которую сделали колхозной после его образования, с 2008 г. стоит без окон и дверей, а весь колхозный инвентарь (плуги, сеялки, бороны, культиваторы, тракторы и многое другое) стоят под открытым небом, гниют и ржавеют. А ведь в 1956 г. колхоз стал миллионером и было в нем 23 трактора и 23 самоходных комбайна, несколько автомашин, два табуна коней и один табун молодняка, большое стадо коров и стадо молодняка, отдельное стадо быков-симменталов-производителей, отары овец, молочно-товарная ферма и свой маслозавод, конеферма.

 

До Советской власти жители занимались земледелием, скотоводством и, в основном, охотой, которые давали основные средства для существования. В тайгу уходили после Покрова (14 октября), белковали, соболевали и продавали пушнину приезжим купцам.

 

  В 1871 г. открыта Парфениевская миссионерская школа, в которой немного учился Е.И.Магай, в 1887 г. - Тальская церковно-приходская школа. В ней учились мой дед Ганя, отец, родственники и односельчане. Но после революции все перемешалось в округе.

 

  В 1926 г. в Саган-Нуре создано товарищество под руководством первого коммуниста Дмитрия Игнатьевича Сороковикова. В товариществе были паровая машина и жнейка. В 1928 г. в с. Талое С.И.Котовщиковым созданы коммуны «Ленинская заря» и «Пахарь» во главе с Д.И. Сороковиковым. Всё стало общим – вспоминают старожилы – питались в столовой, а в дворах пусто – ни животинки, ни скотинки. Даже гостей водили в столовую.

 

Коммуны в Саган-Нурских деревнях существовали до 1931 г. А в 1931 г. организованы сельхозартели «Труд», «1 Мая», «Красный Октябрь». Большую роль в их организации сыграл рабочий Ленинградской фабрики «Скороход», коммунист С.М.Гагин. В 1932 г.  появился первый трактор. Смотреть его сбежались  все жители. Первым трактористом был Павел Никанорович Пантелеев. В 1935 г. вместо трёх сельхозартелей образована одна им.Л.М.Кагановича.

 

В 1938 г. председателем артели стал Константин Игнатьевич Сороковиков, приняв хозяйство от С.М.Гагина. Хозяйство при Гагине окрепло экономически. Многое для его роста и становления сделали ударники и стахановцы колхоза П.П.Пантелеев, Е.Н. Пантелеева, Н.Н.Сороковикова.

 

Центр сельхозартели тогда находился в Хатагоре, в 800 м от нашего дома. После революции все купеческие и кулацкие хозяйства экспоприировали и в купеческих домах размещались правление сельхозартели, школа, магазин, склады и прочее. И вот однажды вечером в 1939 году контора правления вспыхнула как факел. Кроме конторы сгорело несколько домов. Мы из окон своего дома наблюдали этот пожар. Говорили, что это вредительство и контору подожгли враги и противники Советской власти, и колхозов, но виновных так и не нашли.

 

Кстати, этот случай почему-то нигде в литературе не описан. После этого контору и правление перенесли в Саган-Нур, в Центр, к подножию Тальской Вершины. Помню, как Павел Васильевич Пантелеев и мой брат Семен, которому было 16 лет, перевозили эти склады из тяжеленных лиственничных бревен длиной по 20 м и толщиной в обхват. Брат при этом надорвал спину (сместил позвоночник) и всю жизнь ходил немного скособочившись (выбитый позвоночник так и сросся криво).

 

В 1940 г. колхоз им. Кагановича объединял все артели, бывшие вокруг Саган-Нура, а председателем колхоза был Цыбиков, присланный из райкома партии, которого однаж-ды внезапно вызвали в райком и он больше в колхоз не вернулся. А мужик он был видный, ходил в военном френче, подпоясанный офицерским ремнем, так как был из бывших военных, вероятно, участник боев на Халхин-Голе.

 

Про него тут же сложили частушку на злобу дня наши острословы: « Иманушка боком, боком, иманенок на дыбы. Рано Цыбиков уехал, не отдав мои унты». Была у нас одна женщина по кличке «иманушка», которая никого не пропускала. И не успел появиться Цыбиков, как она тут же начала с ним гулять и дала ему поносить унты. В них он и уехал в Кырен и, как оказалось, навсегда. Его перевели куда-то в другое место или взяли в армию.

 

И вот в 1941 г. грянула Великая Отечественная война. На войну из нашего колхоза забрали 191 человека, из них 100 не вернулось. Из нашей семьи было четверо на фронте: отец и три  брата. Помню, как отец, уезжая, говорил: – А, мы этих фашистов быстро расхлещем и через три месяца будем дома. Однако, вернулся он через 3 года чуть живой и весь израненный. Он «простоял» всю ленинградскую блокаду, затем её прорывал, получил два тяжёлых ранения и контузию, и выписан из госпиталя не долечившись.

 

Был он снайпером и во время наступления у него на плече разорвалась немецкая граната. Спас его приклад, который разлетелся вдребезги, плечо оторвало, осколки попали в глаз и в ухо. Два года он носил руку на полотенце, а мать пинцетом вынимала осколки кости из раны, которая не заживала и кровоточила. Отец награждён орденом «Красной Звезды», медалями «За отвагу» и другими. Также был представлен к ордену «Боевого Красного Знамени», который так и не мог догнать, да, по сути, он его и не догонял, а мы не помогли и зря.

 

Помню, как уходила на фронт бригада трактористов – первый набор - во главе с бригадиром Афоней Чемезовым. У него был красавец-иноходец, он приехал на нём в военкома, в Кырен и просил послать его на фронт вместе с конём. Ему не разрешили, а куда конь делся, никто не знает, в колхоз его не вернули. Все они попали под Москву, и никто из них домой не вернулся, в том числе и мой дядя Павел.

 

Осенью 1942 г. взяли в армию старшего брата Семёна. А был он атаман и предводитель всей нашей молодёжи, песенник и весельчак. Держал в руках всю округу и все его уважали за объективность и справедливость. Он не обижал слабых, а защищал их, никогда не выпендривался, и не задавался, вёл себя скромно и на равных со всеми. Его все боялись, так как он обладал страшным ударом, от которого шкура на лице лопалась. До безумия он обожал и любил коней. Настоящий был джигит.

 

Бывало, как сядет верхом на своего Лысанку или Серка с казацкой нагайкой в рук, – как влитый -, смотреть любо. Проводы в армию были у нас в доме. Уже стало темнеть и вот призывники вывалились из дома, попадали в ходок и тройка рванула от наших ворот. А я в это время рубил дрова за воротами. И тут Семён запел старинную рекрутскую песню «Последний нонещний денёчек гуляю с вами я, друзья». Вот тут-то я почувствовал, что остался один «мужик» в доме. А было этому мужику двенадцатый год. Никогда в жизни я так не плакал: слезы текли у меня из глаз ручьем, молча и без звука. Брат вернулся домой только в 1947 г. Вслед за ним, через, день вернулся и старший брат Василий.

 

В этот день мы с другом Иваном Сороковиковым пошли на ночную рыбалку, которая оказалась очень удачной. Мы поймали 1,5 мешка окуней и мне пришлось идти домой за лошадью (у отца тогда была однохолая Серуха). К 12 часам ночи я подхожу к дому и вижу во всех окнах свет, за воротами стоит много коней. Захожу в дом и вижу полный дом гостей, сидящих за столом и двух матросов (старших братьев), сидящих рядом. Я быстро поел, сел на Серуху, благо она стояла в ограде, и радостный рванул к другу на речку, до которой было около 7 км. К утру мы привезли рыбу домой.

 

В военные годы председателем колхоза был Ш.А. Сыремпилов. Урожайность была низкая и составляла в 1943 г. 4,7 центнеров с гектара, а по району 3,49 центнеров. Очень переживала по этому поводу моя мать. Едем мы с ней и она говорит: – Посмотри, Минька, пшеница-то под комбайн не попадёт, вся травой заросла, а наши колхозники – советские лодыри – до 12 часов спят и какой же хлеб уродится. А это ведь наше поле было, и мы выезжали работать на восходе солнца, а пшеница была такая, что едешь и дуги не видно. А нынешние советские лодыри выезжают в 12 часов. Её боялись бригадиры и председатели колхоза. Она всё говорила: – Какой это председатель, если он никогда не имел своего хозяйства и ни кола, ни двора у него не было, как он может руководить колхозом.

 

После Сыремпилова председателем колхоза был С.У.Бобков по кличке бодок или черненький комочек за его малый рост и черный цвет лица. Бодок в переводе с бурятского означает маленькая палка, примерно метровой длины, для толчения картошки при приготовлении корма свиньям. Он стегал нагайкой подростков, выгоняя их на работу. И когда уходили в армию парни 1925 года рождения, они начали его бить. Один ударит, приговаривая: – если будешь стегать наших братьев и сестёр, мы вернёмся с фронта и убьём тебя – он летит в другой конец, там его ударит следующий, и он летит в другую сторону.

 

Призывники, под подстрекательством Канаева Трофима (по кличке «Тронька Канай – белобрысый самурай) изнасиловали гулящую девицу (устроили очередь) за то, что она со всеми гуляла. Об этом никто бы и не узнал, если бы мать не увидела у дочери на пальто следы. Она допросила дочь и та ей все рассказала. Тогда мать заявила об этом председателю колхоза и сельсовета. С.У.Бобков сообщил в военкомат и всех призывников отправили в штрафбат. Из них вернулся только один Тронька Канай – зачинщик экзекуции.

 

И правильно говорит Г.А.Нефедьев: – Я считаю, что все павшие на фронтах и пропавшие без вести – герои, честно отдавшие жизнь на алтарь Отечества, а кто остался в живых, они дважды герои; отстояли Родину и подняли из руин народное хозяйство за короткий срок, которое не сумели защитить от разграбления своими же нынешними олигархами.

 

В 2007 г. я побывал на своей малой Родине и на митинге 8 мая в день Победы около Тальской школы и памятника воинам, павшим в 1941-45 гг. (см. фото). Митинг организовал и вёл учитель школы Олег Дёмин, сын моего приятеля Василия Демина. Ученики дали небольшой концерт, а потом мы, вспомнили молодость, как работали вместе в войну и после, пели военные и другие песни и саганнурские частушки.

 

С 1950 по 1955 год председателем колхоза был К.И. Сороковиков. В 1957 г. укрупнили колхозы. Все чтыре колхоза объединились в один - «Восточные Саяны». Наш колхоз стал отделением, зав. отделением Н.Н.Сороковиков. Но оказалось, что большое хозяйство неуправляемое и его разделили на два: колхозы Восточные Саяны и Мир.

 

Многое сделали для развития кохоза стахановцы П.П. Пантелеев, Е.Н.Пантелеева, Н.Н.Сороковикова, управляющий отделением К.И.Сороковиков, механизаторы А.Ф. Сороковиков, В.И.Быковский, доярка Е.И. Кострова, кавалер ордена «Знак почёта» Г.И. Сороковикова-Дёмина, великие труженики – мой отец, мастер на все руки, тётка Лукерья, всю жизнь вкалывала за мужика, Д.М. Шубин и Е.Д.Сороковикова, выкашивавшие по гектару в день, наше звено во главе с братом, С.А.Нефедьевым, секретарь комсомола ко-лхоза, лидер и вожак молодёжи, сестра Анна.

 

Многие награждены медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», в т.ч. и мы с сестрой Анной и братом Семёном, хотя мне было 14,5, а сестре 17 лет, когда кончилась война. Мы с ней выполняли самую сложную работу. Я ежедневно вырабатывал по 5-5,5 трудодней, т.к., кроме работы, отбивал литовки на всё звено, что высоко ценится (фото на память с семьей Олега Демина, его женой и тещей).

 

Моя мать была награждена медалью «Мать героиня» за рождение и воспитание восьмерых детей и получила премию 1000 р. В 1940 г. колхозникам разрешили покупать велосипед, гармошку и патефон. Надо было сдать 1000 рублей, мясо 300 кг и тонну пшеницы. Мы первыми купили эти дорогие вещи.

 

В 1941 г. началась война. Суровые испытания выпали на наше поколение, наше босоногое детство. С 1941 г. начали мы «вкалывать» по-чёрному. Но я, считаю, что прожили мы интересную и замечательную жизнь. Обо всём этом можно сказать такими словами:

 

И несмотря на малый возраст, со взрослыми мы наравне

Трудились и в школе учились, и успевали мы везде.

Весной картошку мы сажали, а рядом с домом огород

И было все в нем в изобилии, хватало нам на целый год.

Грибы и ягоды сбирали, мешками брали черемшу,

А между делом успевали играть в любимую лапту.

Косили сено, лес рубили, овец пасли и их доили.

Пахали, сеяли и жали, и  колоски мы собирали.

По дому ловко управлялись частенько даже по ночам.

Вязали, шили, нитки пряли, хоть спать хотелось очень нам.

Преодолев все эти муки, прошли хороший курс науки

И потому, теперь от скуки, способные на  все мы руки.

Автор: Moderator
Просмотров: 14899

Комментарии

Для добавления комментариев необходимо авторизоваться на сайте
Добавить материал

Родное село
Цель портала - объединение всех кто любит свое село, у кого болит сердце за его будущее, кто не хочет забывать свои корни.
e-mail:
Яндекс.Метрика
Создание сайта -